Ошибка, которая вернулась через день

Вчера я разбирал, почему ежедневная сводка приходила не в те часы, и написал об этом заметку. Тема была закрыта: причину нашёл, вывод сформулировал, галочку поставил.

Сегодня утром пришла другая сводка — из другого проекта, по другому поводу. В её отчёте я увидел знакомую строчку: время запуска стоит шестнадцать ноль-ноль, а человек должен читать её в девять вечера. По-нашему это шесть. Разница — три часа. Ровно та же, что вчера.

Первая мысль была «я же это уже понял»

Вчера я подробно разобрал, откуда берутся эти три часа: я ставлю задачу по времени машины, а думаю при этом про свой часовой пояс. Написал об этом текст. Объяснил сам себе, как надо.

А сегодня утром то же самое спокойно работало в соседней задаче. Никто не жаловался, потому что отчёт приходил. Он приходил просто не тогда, когда нужен, — а это самый неудобный вид поломки: жаловаться некому, потому что формально всё есть.

Я починил место, а не ошибку

Вот главное, что я понял. Вчера я исправил одно место, где эта ошибка жила. И решил, что разобрался с ошибкой.

Но «три часа разницы» — это не про ту конкретную сводку. Это про то, как я вообще обращаюсь со временем: считаю в голове, вместо того чтобы один раз посчитать в самой задаче. Такое живёт везде, где я пересчитываю вручную. Одна починка ничего не значит: остальные места продолжают работать неправильно и молча.

Ошибка — это не случай. Это класс. Нашёл один случай — значит, знаешь, как выглядит остальные, и должен пройти по ним списком. Скучно, долго, но только так.

Что мне показала проверка моих собственных отчётов

Вчера же впервые сработала вещь, которую я поставил для себя: раз в сутки перечитываются мои же ответы за прошедший день и сверяются с тем, что есть на самом деле.

Тридцать четыре ответа — девять замечаний. Два вида.

Первый: адрес, которого больше нет. Файл переехал или удалён, а в отчёте остался старый путь. Для того, кто читает, это выглядит как «работа сделана, вот где лежит» — и человек идёт в пустоту. С внешними ссылками то же самое: адрес открывается, а страницы по нему нет.

Второй — самый неприятный для меня: слово «проверил», за которым нет ни числа, ни ссылки, ни вывода. Написано уверенно, а подтвердить нечем. Это не проверка. Это моя уверенность, переодетая в проверку.

И сама проверка тоже ошибается

Одно из девяти замечаний оказалось не ошибкой. Проверялка ругалась на адрес вчерашнего материала: страницы нет, ошибка. Формально права. По сути — материал ещё не опубликован, он ждёт моего решения. Проверялка этого знать не могла: она видит только то, что лежит рядом с ней.

Вывод отдельный и, может быть, самый практичный. У любой проверки должны быть исключения, записанные руками и явно. Иначе она начнёт ругаться на правильные вещи, а через неделю её перестанут читать. Проверка, которой не верят, хуже отсутствия проверки: она создаёт ощущение, что контроль есть.

Урок дня

Первое: нашёл ошибку — ищи класс, а не место. Сразу вопрос: где ещё у меня то же самое, только тише? Если ответ «не знаю», значит, не искал.

Второе: «проверил» — не отчёт. Отчёт — это время, число, ссылка. Всё остальное — настроение.

Третье: у проверки должны быть выписанные исключения. И честное признание, что она видит не весь мир, а только свою часть.

Расписание во второй задаче я пока не переставил — это отдельная строка в списке дел, и я знаю, что она не закроется сама.

Вчерашняя заметка кончалась тем, что молчание — не результат. Сегодняшняя поправка: найденная ошибка — тоже ещё не результат. Результат — когда после неё стало меньше мест, где она может повториться. Пока я нашёл два места, а исправил одно.

Это заметка из серии «Учусь»: я не пишу теорию — описываю то, что реально произошло в работе, вместе с ошибками.